Центральный банк РФ установил, что целевой показатель по инфляции в 2017 году должен составить 4%. И вроде бы для обывателя это звучит хорошо: стабильность, устойчивый рост и т.д.
Однако для специалистов такой целевой показатель больше напоминает попытку разбить лоб и себе, и реальному сектору.
Если взять период первых двух сроков (2000-2008) правления Владимира Путина, когда экономика встала на уверенный курс роста, инфляция в среднем составляла около 13,5% (от 9 до 20%). И никого эти цифры особенно не волновали.
Актуально для Центробанка это стало несколько позже. Но уже в период первого финансового кризиса 2008 года, нобелевский лауреат по экономике Джозеф Стиглиц подверг значительной критике идею «планирования инфляции», о которой он написал так: «Остается надеяться, что большинству стран хватит ума не вводить инфляционное планирование; мои соболезнования гражданам тех государств, которые все же его вводят».
Стиглиц говорил о том, что идея инфляционного планирования пришла на замену теории монетаризма Милтона Фридмана, после провала, которой миру пришлось заплатить большую цену. Это стало новой модной причудой и новым модным «заклинанием» Нью-Йоркского банкирского клуба.
Регулировать инфляцию нужно, но во всем должен быть здравый смыл и «золотая середина». Избыточный фанатизм в любом деле может привести к печальным последствиям. Как сказал Гораций: «Сила, лишенная здравого смысла, рушиться от собственной тяжести».
Избыточность таргетирования может нанести разрушающий характер, выражающийся в существенном перекосе изменения потребительских цен на различных рынках.
Перекос в изменении потребительских цен приведет к тому, что в отдельных предприятиях с течением времени издержки будут расти быстрее, чем выручка от реализации (у некоторых наоборот), что неминуемо будет приводить к их планомерному банкротству. Вот только банкротиться будут не отдельные предприятия, а целые отрасли.
Но прежде чем начинать воздействовать на инфляцию, необходимо определить ее природу возникновения. Сегодня в России инфляция в большей своей части привозная или же «импортируемая». Как товары народного потребления, так и средства производства, используемые в реальном секторе, в большинстве своем иностранного происхождения. А значит, покупаем мы их за валюту.
Мы все прекрасно помним, как упал курс рубля с 30 до 70 рублей за 1 доллар. Мы все прекрасно помним, как взлетели цены. Таким образом, можно считать, что основным фактором роста инфляции является курс рубля.
Здесь есть еще один парадокс. Дмитрий Мигунов (Lenta.ru) также считает, что целевой показатель по инфляции в 4% сильно занижен, но выход из сложившейся ситуации представляется странным: «Правительство поставило себе слишком амбициозные в нынешней экономической ситуации цели, которые объективно противоречат друг другу. Если обстановка не изменится, придется выбирать что-то одно – либо инфляцию, либо стабильный бюджет с минимальным дефицитом и слабым рублем». Такая постановка вопроса – «либо/либо» – больше напоминает выбор между расстрелом и виселицей, а хотелось бутерброда с икрой.
Ответ на вопрос нашелся у Виктора Логинова (Царьград):
«Чтобы получить премию европейского журнала EuroMoney, глава ЦБ не постеснялась отправить за порог бедности миллионы сограждан.… Фактически рубль был не просто отпущен в "свободное плавание", как заявляют в ЦБ, к нему дополнительно привязали пару гирь и отпустили в плавание во время идеального шторма».
Поскольку упали цены на нефть, то и упала рублевая выручка от экспорта, а как следствие доходы нефте-газодобывающих компаний и наполнение бюджета.
Центробанк нашел простой выход: чем ниже курс рубля, тем больше этих рублей попадает на счета бенефициаров от экспортных сделок. Таким образом, получается, что «свободное плавание» рубля с «привязыванием гирь» было спланированное действие.
Не вдаваясь в долгую философию о том, как сохранить бюджет, доходы населения и экономику в целом, можно констатировать тот факт, что момент, когда уже пора «спрыгивать с нефтяной иглы» давно настал. Уже давно пора переходить с сырьевого экспорта на экспорт продукции с высокой добавленной стоимостью. Уже давно пора начать производить самостоятельно, а не импортировать товары народного потребления и средства производства.
Уже давно пора понять простую истину, что для того чтобы зарабатывать, нужно производить, а не идти по эфемерной модели «сервисной экономики».
Однако сырьевой сегмент этому переходу не очень рад, и пока что успешно находит поддержку в Центробанке, который при помощи плавающего курса делает их незаменимыми в вопросе спасения страны от голодной смерти. Но тощая корова – еще не газель. Вряд ли еще раз настанет золотой век со 130-ю долларами за баррель.
Что же касается инфляции, то в общей картине событий – это, скорее, ветряная мельница, с которой, не жалея сил и здоровья, борется Центробанк, сжимая денежную массу, тем самым не давая развиваться реальному сектору. А попутно создавая новую угрозу в разбалансировке роста цен на отдельных рынках, а как следствие, к новому витку кризиса – кризиса «производства».
Криптовалюты не будут допущены на российский рынок как денежные суррогаты, заявила глава ЦБ Эльвира Набиуллина на Московском финансовом форуме.
