Журналист и депутат Госдумы Юрий Щекочихин входил в состав Комитета по безопасности Госдумы (занимал должность заместителя председателя Комитета в Госдуме третьего созыва) и Комиссии по борьбе с коррупцией в органах государственной власти.
В последние годы жизни Щекочихин расследовал «мебельное дело» (дело «Трёх китов») и сопутствовавший конфликт между силовыми органами. Требовал возобновления этого остановленного дела в Генеральной прокуратуре. В 2002–2003 получал анонимные звонки с угрозами.
Расследования Щекочихина, подобные делу министра Адамова, делу об отмывании денег через «Бэнк оф Нью-Йорк», делу «Трёх китов» и десятку других, «затрагивали интересы коррупционеров высочайшего уровня».
В 2002–2003 гг. Щекочихин был членом «Общественной комиссии по расследованию обстоятельств взрывов домов в городах Москве и Волгодонске и проведения учений в городе Рязани в сентябре 1999 года» под руководством Сергея Ковалёва.
Когда случился «Норд-Ост», Щекочихин был в штабе и резко выступал против силовой спецоперации, а весной 2003 года разоблачил тайно награжденных по ее итогам — зам директора ФСБ и прочих. Именно в этот период ему угрожали.
Юрий Щекочихин умер 3 июля 2003 года. Это была страшная смерть. За две недели человек, которому было-то пятьдесят с небольшим, превратился в глубокого старика (эффект моментального старения — объяснили потом медики). По очереди отказывали все внутренние органы, клоками сходила кожа, выпадали волосы, все тело горело, как обожженное, и было невозможно дышать, потому что казалось — в легкие и носоглотку поступал плавленый металл.
Врачи в коридорах шептались про отравление. Но вслух об этом не сказал никто. Итоговый диагноз — весьма редкая аллергия, синдром Лайелла называется — по данным специалистов, один случай на миллион жителей. Чем вызвано — не выяснили: «агент» (вещество, вызвавшее развитие болезни) не установлен (так и написали в акте вскрытия), уголовное дело не возбудили, к телу на похоронах не подпускали хорошо обученные мордовороты, медицинские документы не выдали даже маме — врачебная тайна.
Когда спустя 7 лет журналисты «Новой газеты» получили доступ к материалам следствия, выяснилось, что выемки в ЦКБ, проведенные только в 2010 году, ничего не дали. Уничтожено всё — даже книги отпуска лекарств. И, конечно, часть гистологических образцов — «По инструкции так положено». Были уничтожены пробы крови и все остальное, включая все основные медицинские документы.
Подполковник ФСБ Александр Литвиненко в 1998 году на пресс-конференции с группой сотрудников публично заявил, что начальство приказало им убить Бориса Березовского. В 2000 году, после ряда заведённых на него уголовных дел, бежал с семьёй в Великобританию, где власти Великобритании предоставили ему политическое убежище.
Был соавтором книги «ФСБ взрывает Россию» и автором книги «Лубянская преступная группировка», в которых обвинял спецслужбы России в организации взрывов жилых домов в России 1999 года и других терактах, целью которых, по его мнению, являлся приход к власти Владимира Путина. Умер 23 ноября 2006 года в Лондоне в результате отравления полонием-210.
На днях Лондонский суд решил, наконец, провести открытое расследование этого убийства.
